Письма издалека | Русская художница: Я обязательно вернусь в Синьцзян, чтобы продолжить писать

Прошло уже некоторое время с тех пор, как я вернулась в Москву, и жизнь вошла в привычную колею. За окном мастерской - серо-голубое небо, совсем не похожее на ту пронзительную синеву, что я видела в Или-Казахском автономном округе Синьцзяна. Но каждый раз, когда я открываю альбом для набросков и вижу эскизы, сделанные в степи Танбула, мысли сами собой возвращаются в ту далёкую землю.

Дни, проведённые в Или-Казахском автономном округе на мероприятии по культурному обмену с участием известных художников, были как сон, из которого не хочется просыпаться. До отъезда я представляла Синьцзян по-разному, но когда я действительно встала на землю степи Танбула, все мои воображения разбились вдребезги. Китайский художник, ехавший с нами, сказал, что "Танбула" на казахском языке означает "печать". И я думаю, что эта земля действительно запечатлела идеальный пейзаж глубоко в моём сердце.

Вера Спасибкина в Или-Казахском автономном округе Синьцзяна.

Тогда был июнь, и степь Танбула была прекрасна, как недописанное стихотворение. Вдалеке сверкали снежные вершины, ближе - тёмно-зелёные ели, среди густой травы паслись стада, повсюду цвели дикие цветы. Я установила мольберт, но долго не решалась начать: краски, привезённые из Москвы, не могли передать ту зелень - зелень, в которой переплетались светло-зелёные, тёмно-зелёные и жёлто-зелёные оттенки, пронизанные солнечным светом. Местные жители называют это место "стогалерейной долиной", и только тогда я поняла, что некоторые пейзажи существуют не для того, чтобы их "рисовали", а для того, чтобы в них "входили".

Я рисовала здесь, но, увидев эту красоту, опускала кисть и восклицала: "Эти горы слишком красивы, невероятно красивы!" В Москве я работаю на трёх работах: я ведущий художник бренда фарфора, преподаватель рисунка и художник в галерее-партнёре. Но те несколько дней в Или-Казахском автономном округе стали для меня первым настоящим отдыхом за многие годы, я просто наслаждалась искусством и творчеством и чувствовала, что переполнена вдохновением.

Один момент я не забуду никогда. Китайский художник, работавший рядом со мной, одним движением кисти изобразил целый холм, одним мазком - небо. Он использовал всего одну кисть, почти не останавливаясь, и закончил пейзаж за семь минут. Эта лёгкость и плавность движений заворожили меня, привыкшую к тяжёлой фактуре масляной живописи. Я пыталась передать слои степи техникой русской масляной живописи, но не могла удержаться, чтобы не перенять их более свободный, живописный способ изображения дальних гор. Две техники встретились в моих работах, и это не выглядело чуждым - наверное, сама природа Или-Казахского автономного округа вмещает в себя всё.

Позже мы поехали в улицу Люсинцзе в городе Инин. Это было совсем не похоже на величественную степь Танбула - там была другая красота: разноцветные двери и окна, яркая архитектура, старики разных национальностей сидели у дверей, греясь на солнце и разговаривая, дети бегали и играли в переулках. Тихие старые дома, потёртые деревянные двери рассказывали истории долгих лет. Эти живые, повседневные сцены заставляли меня хотеть отложить кисти и просто сидеть на обочине, наблюдая целый день.

На творческой встрече мы сидели вместе и делились мыслями о творчестве. Китайские художники говорили о настроении с помощью пустоты и туши, художники из Казахстана яркими красками изображали свои впечатления об Или-Казахском автономном округе. Хотя языковой барьер существовал, кисть была лучшим переводчиком. Я считаю, что это мероприятие было "приглашением к культурному обмену с миром, надеждой сломать языковые барьеры с помощью искусства". И мы действительно добились этого: в любви к одному и тому же пейзажу мы все стали друзьями.

Вера Спасибкина в Или-Казахском автономном округе Синьцзяна.

В конце мероприятия я обменялась работами с несколькими китайскими художниками, и они подарили мне пачку бумаги для рисования. Это станет моим самым ценным сокровищем.

Теперь, оглядываясь назад, я больше всего жалею, что не выучила китайский язык хорошо в Москве. Я начала учить китайский полгода назад, и на встрече уже могла простыми фразами обсуждать с китайскими художниками акварель и бумагу для рисования. В следующий раз, когда я приеду, я хочу поговорить с ними на китайском об искусстве и обо всём, что связано с Синьцзяном.

Я уже планирую свою следующую поездку в Китай. В следующий раз я приеду с лучшим знанием китайского языка, с более лёгким ящиком для красок и останусь в Танбула подольше, возможно, рядом с юртой местного пастуха, чтобы рисовать всё лето. В этом письме я хочу передать привет всем друзьям, которых я встретила в Или-Казахском автономном округе, и сказать им, что в Москве есть художница, которая, глядя на незаконченную степь на холсте, глубоко скучает по Синьцзяну и обязательно вернётся сюда, чтобы продолжить свои работы.

Вера Спасибкина является ведущей художницей российского бренда фарфора, преподавaтельницей рисунка и художницей в галерее-партнёре.

Планировщик: Цзе Вэньцзинь

Рецензенты: Лю Цзинсинь/ Ма Хунся

Редактор: Марзия Нуршат